Главная   Заказать уникальную работу Особенности гендерной идентичности и отношений | контрольная работа


Бесплатные Рефераты, дипломные работы, курсовые работы, доклады - скачать бесплатно Бесплатные Рефераты, дипломные работы, курсовые работы, доклады и т.п - скачать бесплатно.
 Поиск: 


Категории работ:
Рефераты
Дипломные работы
Курсовые работы
Контрольные работы
Доклады
Практические работы
Шпаргалки
Аттестационные работы
Отчеты по практике
Научные работы
Авторефераты
Учебные пособия
Статьи
Книги
Тесты
Лекции
Творческие работы
Презентации
Биографии
Монографии
Методички
Курсы лекций
Лабораторные работы
Задачи
Бизнес Планы
Диссертации
Разработки уроков
Конспекты уроков
Магистерские работы
Конспекты произведений
Анализы учебных пособий
Краткие изложения
Материалы конференций
Сочинения
Эссе
Анализы книг
Топики
Тезисы
Истории болезней
 




Особенности гендерной идентичности и отношений - контрольная работа


Категория: Контрольные работы
Рубрика: Философия
Размер файла: 33 Kb
Количество загрузок:
159
Количество просмотров:
1896
Описание работы: контрольная работа на тему Особенности гендерной идентичности и отношений
Подробнее о работе: Читать или Скачать
ВНИМАНИЕ: Администрация сайта не рекомендует использовать бесплатные Контрольные работы для сдачи преподавателю, чтобы заказать уникальные Контрольные работы, перейдите по ссылке Заказать Контрольные работы недорого
Смотреть
Скачать
Заказать



2

Содержание

1. Гендер и гендерное самосознание

2. Социальное конструирование и феминистское движение

3. Проблема субъекта гендерных отношений

Список использованной литературы

1. Гендер и гендерное самосознание

Пол - это определенность человека, возникающая из различной роли в воспроизведении людей, сопровождающаяся первичными и вторичными половыми признаками и включающая в себя тип сексуальности и половую идентичность. Примерно то же значение этого понятия предлагают отечественные и зарубежные толковые словари. «Пол - каждый из двух генетически и физиологически противопоставленных разрядов живых существ (мужчин и женщин, самцов и самок), организмов». Пол (sex) - «физиологические, функциональные и психологические различия, которые делят людей на мужчин и женщин». Половая принадлежность - это важнейший признак человеческой телесности. Человек находится в природе в первую очередь потому, что его тело есть природный, материальный феномен. Благодаря телу, мы не только имеем мир как объект, но и принадлежим ему. Тело - это наша укорененность в мире (М. Мерло-Понти). Таким образом, биологический пол есть понятие, которое характеризует главным образом первичные и вторичные физические признаки, характерные для мужчин и женщин: органы размножения и т. д. В отличие от пола, гендер - это определенность человека, возникающая в результате социокультурного наполнения полового диморфизма, имеющая систему смыслосодержащих символов, включающая в себя полоролевые стереотипы, полоролевые нормы и гендерную идентичность. Это - определенный тип ментальности и тип социального поведения. Важнейшим признаком гендера является гендерное самосознание. Если термин «пол» используется для обозначения мужчин и женщин, то термин «гендер» осмысляется в категориях «мужественности» и «женственности». Признак пола делит людей на мужчин и женщин. Характерной особенностью этого признака является то, что им не только обладают, но и демонстрируют это обладание: телесные различия сами по себе не столь существенны, однако мужчины и женщины их постоянно акцентируют. Вместе с тем, уместно заметить, что каждый человек представляет собой определенный синтез черт мужественности и женственности как социально-ролевого плана, так и на уровне гендерного самосознания, при этом единство, взаимосвязь и взаимозависимость мужественности и женственности, мужской силы и женской красоты (мужской красоты и женской силы), создают особый нравственно-эмоциональный и эстетический фон, благоприятствующий общему развитию человека. Теоретически обоснованно рассматривать гендер как комплексный механизм, как технологию, которая определяет субъект нормативности и регулирования того, кем должен стать человек в соответствии с социальными экспектациями. Вполне употребимо понятие «гендерные системы», которые включают в себя идеи, институты, поведение, формальные правила и другие социальные взаимодействия, приписываемые обществом человеку в соответствии с социокультурным полом. Пологендерный диморфизм был продемонстрирован в драматургической модели Э. Гофмана, который предложил интерпретировать процесс взаимодействия между мужчинами и женщинами как разновидность драматургического интеракционизма. В связи с этим исследователь вводит для описания социальных аспектов пола термин «гендерный дисплей», которым обозначает все культурные составляющие пола. Основу гендерного дисплея составляют социальные феномены институализации и ритуализации пола. Таким образом, гендер есть некая самоорганизующаяся система, включающая в себя конкретные символы, выработанные обществом в процессе своего развития, нормы и законы, регулирующие жизнь человека и общества, социальные институты, воплощающие в жизнь эти нормы, и, наконец, самоидентификацию личности, то есть понимание человеком самого себя и своего места в жизни общества, причем все это в нежесткой связи с его биологическим полом. Соглашаясь с призывами о необходимости осторожно вводить иностранные термины в отечественный научный лексикон, мы вместе с тем полагаем, что термин «гендер» необходим, он не является избыточным и не может быть заменен категорией «пол». Во-первых, он оправдал себя с концептуальной точки зрения, демонстрируя наглядно социокультурную, а не природную доминанту гендерной дифференциации. Во-вторых, и за пределами англоязычных стран уже сложилась традиция использования данного концепта - в нашей стране история его функционирования насчитывает уже около десяти лет. В-третьих, гендерные исследования, показав возможность рассмотрения вопросов пола в более широком интеллектуальном контексте, связали их с анализом теории познания, экологических проблем, принципов организации господства и подчинения, способов конструирования картины окружающего мира и многих других. Нам представляется, что наиболее удобным и непротиворечивым в использовании терминов «пол» и «гендер» выглядит следующий подход к соотношению категорий: синонимом термина «гендер» является понятие социокультурного пола, где подчеркивается именно культурно-символическая составляющая данного феномена, а «пол» есть синоним «биологического пола». На наш взгляд, следует иметь ввиду, что эти термины обозначают скорее биологическую и социокультурную составляющие пола. Рассмотрим основные слагаемые термина гендер». Полоролевые стереотипы - это распределение прав и обязанностей в социальной сфере с учетом как половых различий, так и социокультурного разделения сфер маскулинности и феминности. Полоролевые нормы - это сложившиеся в обществе и предъявляемые индивиду стандарты (правила) выполнения социальных ролей во всех сферах социальной жизни.

Гендерная идентичность - это осознание себя связанным с социокультурными определениями мужественности и женственности. Подобным образом толкует «половую идентичность» С. Ушакин, определяя ее как «отражение не столько роли общества в определении (половых) параметров индивида, сколько способность (или неспособность) индивида ограничить себя рамками моделей, предложенных ему для самоидентификации». Можно предположить, что возможны разные варианты феминности и маскулинности, в том числе и такие, что не совпадают с биологическим полом.

Гендерная идентичность связана с представлениями людей о своем социокультурном поле - чувствуют ли они себя в действительности мужчиной или женщиной. Осознание своего пола не всегда соответствует биологическому полу индивида. Самоидентификация - это не просто индивидуальное установление половой идентичности, это - сознательный акт выявления и утверждения собственной позиции в системе гендерных отношений. Для того чтобы подчеркнуть момент определенной свободы выбора человеком собственной модели гендерного поведения, в некоторых работах используется понятие «множественной идентичности», которая реализует себя при помощи дискурсивных практик. Гендерная характеристика в структуре индивидуальной идентичности не остается неизменной, ибо зависит от концептуальных и структурных характеристик системы гендерных отношений. Перейдем к характеристике гендерного самосознания, которое, по нашему представлению, не является тождественным понятию «гендерная идентичность», ибо оно входит в понятие гендерного самосознания как его составная часть. Гендерное самосознание является системой, элементами которой выступают, помимо гендерной идентичности, представления о собственном соответствии моделям феминности и маскулинности, оценка подобного соответствия и готовность поступать в плане создания собственной модели поведения.

Гендерное самосознание - это разновидность социального самосознания, которое обладает такими же признаками, как национальное или классовое самосознание. Гендерное самосознание можно представить как систему, в которой имеются различные структурные элементы. Во-первых, когнитивный (представления о собственном соответствии или несоответствии той или иной модели маскулинности или феминности), эмоциональный (оценка подобного соответствия или несоответствия) и волевой (то есть готовности поступать в соответствии с имеющимися в данном обществе моделями гендерного поведения). Во-вторых, необходимо различать статистический компонент гендерной идентичности («идентичность-состояние») и динамический («идентичность-процесс»).

Феминность и маскулинность - две основные формы гендерного самосознания, которые состоят в осмыслении принадлежности к определенному гендерному типу, в конструировании определенной гендерной идеологии и в презентации ее в многообразных видах социальной деятельности. Феминность определяется нами как социальный конструкт, надстраиваемый обществом над биологическим полом; на индивидуальном уровне гендерное самосознание выступает как акт гендерного самовосприятия, вне жесткой связи с физиологическим полом, хотя общепринятая трактовка «феминности» имеет в виду, что именно особь женского пола готова принять на себя роли и обязанности, традиционно связанные с ее полом.

Феминность в российском дискурсе может быть интерпретирована и как «женскость», и как «женственность». Женское есть комплекс специфических пологендерных ментальных и поведенческих стереотипов, связанных как с выполнением особых социальных ролей, которые обусловлены функциями деторождения и ведения домашнего хозяйства, так и с реализацией одинаковых с мужчинами социальных ролей. Женственность - это особый характер выполнения социогендерных ролей, при котором актер (будь это мужчина или женщина) подчеркнуто от дифференцируется от маскулинности как иного, внося в исполнение названных ролей большую толерантность и меньшую степень агрессивности. Полнота значения термина «феминность» выявляется в сопоставлении с понятием «феминизма», которое есть такая форма гендерного самосознания, в которой осмысление принадлежности к определенному гендерному типу происходит в форме воспроизводства, дублирования отдельных или всех стандартов маскулинного поведения. Наличие гендерного самосознания естественным образом ведет к формированию гендерной идеологии. Гендерная идеология - система идей, посредством которых гендерные различия и гендерная стратификация получают социальное оправдание. В идеологическом плане наиболее полное завершение получила теория феминизма. В этом отношении наиболее развитую теорию феминности дала русская классическая философия (В. С. Соловьев, Н. А. Бердяев, В. В. Розанов и др.)

В социальной жизни результатом пологендерного различения людей являются гендерная дифференциация и гендерная стратификация. Под гендерной дифференциацией мы понимаем процесс, в котором биологические различия между мужчинами и женщинами наделяются социальным значением и употребляются как средства социальной классификации. Гендерная стратификация - это процесс, посредством которого гендер становится основой социальной стратификации.

«Культурные составляющие пола» (гендерный дисплей), могли изменяться и продолжают варьироваться, но без соотнесения их с биологическим полом они не могут рассматриваться: как бы ни вел себя мужчина подобно женщине, как бы ни считалось его поведение женоподобным, его поступки и отношение к нему общества не делают его «менее мужчиной» и тем более не переделают его в женщину. Однако не следует преувеличивать элемент изменчивости в нормах, предъявляемых обществом мужчинам и женщинам; наряду с переменными чертами, очевиден элемент стабильности, который связан, прежде всего, с различием функций полов в процессе воспроизводства человеческого рода. Характер отношений между полами - один из детерминантов развития общества. Гендерная метафора включается в оценку самых разнообразных явлений социальной и природной жизни, оказывая на них постоянное влияние. Весьма важной при этом выступает проблема положения женщины в обществе, которая в контексте отличия и выявления общего с мужской ролью, является одним из главных направлений изучения и исследования в рамках социальной теории пола.

Характер традиционно признанных в том или ином типе обществе различий между мужчиной и женщиной определяется прежде всего исторически сложившимися социокультурными факторами. Точно так же социальное развитие и свобода личности женщины и личности мужчины непосредственно зависят от степени свободы и уровня индивидуально-личностного развития каждого из них.

Известно, что единство мужского и женского начала, дополненное совместным существованием и совместной деятельностью представителей обоих полов, образует исходные моменты человеческого бытия. Лишь единство мужского и женского начала обеспечивает существование человеческого бытия как некоей «родовой целостности».

Составной частью устойчивого развития современного общества может стать направленность на сбалансирование гендерных отношений. Представляется необходимым восстановление мужского начала через культивирование отчетливо женского начала. Важно акцентировать внимание общества на устранении всех форм социального неравенства, на сбалансировании гендерных отношений, формировании андрогиноцентричной (биархатной) культуры.

Человеческое общество подходит к периоду, когда складывается возможность формирования целостной, динамичной картины мира («андрогиноцентричной» модели мира), где феминность и маскулинность выступают не только в форме взаимодополнительности, но и в форме взаимозаменяемости, что в большей степени распространяется на сферу социальных ролей. В органическом единстве данных начал отчетливо проявляется наличие таких свойств человеческого бытия, как его разделенность («расщепленность») и нераздельность («тотальность»), единство многообразия и индивидуальной самобытности. И действительно, помимо того, что разъединяет полы, есть то, что их соединяет. Диалектику общего и особенного в половой разделенности человека давно пытается зафиксировать философская мысль. Античные авторы поставили вопрос об андрогине. В.В. Розанов сформулировал тезис о «третьем поле». На наш взгляд, необходимо выделить единый для обоих полов метагендерный, т. е. обслуживающий и мужчин и женщин слой культуры, поведения, социальных институтов и даже грамматических форм (в частности, не следует забывать, что кроме мужского и женского, в языке представлен средний род). Начнем с последних. Скажем, названия государств лишь в очень метафоричной форме могут свидетельствовать о их «мужской» или «женской» направленности. Иногда можно слышать, что Россия так названа, что у нее женственная душа. Между тем реальное словоупотребление показывает («Россия - наше отечество», или «Россия - наш дом»), что это слово, по сути, лишено половой окраски, т. е. имеет метагендерные черты. Все социальные институты (армия, парламент и т. п.) являются носителями метагендерных функций. Основные формы мышления (за небольшими исключениями, - например, «женская логика») или некоторые особенности «феминной рациональности», равно используются всеми личностями, независимо от половых или гендерных признаков. Метагендерный подход достаточно очевидно проявляет себя при анализе социальной деятельности мужчин и женщин на основе методологической матрицы «пространство - поле». Можно выделить специфические поля женской активности (скажем, деторождение и связанные с этим функции), имеются органично присущие каждому полю особенности в социальных полях трудовой и внетрудовой деятельности (более подробно эти аспекты рассмотрены:. Макаров В. В. Социальное пространство жизнедеятельности женщины // Женщина в российском обществе. Российский научный журнал. - 1997. - № 2). Одновременно складывается единое социальное пространство, образующееся из взаимодействия, безусловно, и относительно специфических «мужских» и «женских» социальных полей, соединения социальных функций (скажем, в производственной деятельности вхождение женщины в традиционно мужские профессии (военная служба, охранные структуры и т.п.). Единое социальное пространство, обслуживающее общие интересы обоих полов и становящееся «безразличным» к половой дифференциации, и есть метагендерное пространство, которое не менее важно, чем то, которое обслуживает половую и гендерную дифференциацию. Выделение общего для обоих полов, метагендерного уровня социальности позволит более глубоко анализировать специфичность социополовой идентификации и ее проявление в разных сферах общественной жизни.

2. Социальное конструирование и феминистское движение

Феминизм многолик и противоречив. В его рамках сосуществуют несколько исследовательских подходов. Во второй половине 1980-х годов в рамках женского движения был подвергнут сомнению доминировавший тогда феминистский тезис об общности женского опыта страдания. Были поставлены под сомнение декларация женской общности, выражаемая обращением “сестры”, категория женщины как единства познаваемого и познающего. На этом этапе вызов доминирующей феминистской позиции исходил преимущественно от цветных женщин, в том числе чернокожих американок. Они определили весь предшествующий феминистский дискурс как обсуждение белыми женщинами, принадлежащими к среднему классу, своих проблем, не имеющих отношения к опыту женщин из других этнических, социальных, религиозных групп. Частный опыт имеет локальный характер, и его генерализация недопустима. Приписывание всем женщинам опыта американок, принадлежащих среднему классу, есть еще одна попытка белых женщин элиты утвердить свое дискурсивное господство над меньшинствами разного рода. В качестве реакции на доминирование возникают национальные, локальные и этнические «феминизмы». Например, Б. Хукс пишет, что в большинстве текстов, написанных белыми женщинами по женскому вопросу, начиная с XIX века и до сих пор авторы пишут о людях (вообще), а имеют в виду белых людей, при этом говорят «женщины», но имеют в виду белую женщину. Соответственно, термин «черный» часто употребляется у них как синоним «черных мужчин». Хукс приходит к заключению, что в США белые мужчины являются угнетателями белых женщин, но белые мужчины и женщины одновременно являются угнетателями черных. Таким образом, система господства конструируется и воспроизводится на разных уровнях в рамках одной расы и между расами.

В основе нового представления цветных феминисток о гендерных отношениях лежит опыт депривации и страдание определенных групп женского движения, которые не вписывались в сложившуюся парадигму. Переживание несправедливости становится стимулом для формирования нового теоретического подхода, который поставил под сомнение полоролевые стереотипы и содержание гендерного отношения как такового. Меньшинства феминистского движения (цветные) оказались немыми, лишенными голоса в публичном дискурсе феминизма. Единственная возможность стать видимыми и слышимыми заключалась для них в переосмыслении теоретических оснований той концепции, которая оставила их опыт за пределами публичного дискурса, который, по Ю. Хабермасу, является дискурсом о справедливости и правах человека. Задачей новых сил феминистского движения конца 1980-х годов становится деконструкция гендерных отношений, т.е. рассмотрение их генеалогии и археологии.

«Деконструкция» заключается в новом прочтении кантовского понятия «критики» и представляет собой прояснение оснований гендерных отношений. Деконструкция отвечает на вопрос, как возможны гендерные отношения в данном обществе, каким образом они создаются, принимая вид естественных и имманентно присущих индивиду, группе, социуму. Если признать, что гендер сконструирован как общественные отношения властного взаимодействия, можно поставить вопрос об их проблематизации и перестройке. Теория социального конструирования гендера, как и любая феминистская теория, ориентирована на политический результат. В этом отношении есть все основания считать ее идеологией. Идеология в данном случае понимается не как ложное, искаженное интересами знание, а как знание, ориентированное на изменение социальных порядков. Социальный порядок будущего, по мнению Д. Лорбер, должен быть основан на гендерном равенстве. Это не означает, что утопический социальный мир не будет знать различий между мужчинами и женщинами. Различия, в том числе различия между полами, перестанут реализовываться как иерархические, предполагающие разный статус, разные возможности. Заключительная глава монографии Д. Лорбер и С. Фарелл называется «Разрушение Ноева ковчега». Эта метафора отсылает нас к библейскому мифу о попарном разделении «тварей», мифу, отражающему древнейшие эссенциалистские представления. Биологическая дихотомия полов проявляется в частной жизни, социальной структуре, культуре, политике. Позиция социального конструктивизма заключается в том, что идеологию и практику «Ноева ковчега» необходимо разрушить. Предполагается, что можно создать утопию феминистского Города-солнца, в котором будут существовать безгендерный секс, безгендерная семья, безгендерная профессиональная организация и безгендерная политика. Первый источник, на котором базируется конструктивистское представление о гендере, - концепция П. Бергера и Т. Лукмана, получившая широкое распространение с 1966 года, когда вышла в свет их книга «Социальное конструирование реальности». Социальная реальность, по Бергеру и Лукману, является одновременно объективной и субъективной. Она отвечает требованиям объективности, поскольку независима от индивида, и ее можно рассматривать как субъективную, потому что она созидается индивидом. Авторы развивают основные идеи социологии знания, сформулированные М. Шелером, и вслед за К. Манхеймом распространяют область социологии знания на мир повседневности. Предметом социологии знания оказывается, прежде всего, происхождение социальных порядков. Феминистские последователи социального конструирования гендера ставят перед собой аналогичную задачу. Гендер - это повседневный мир взаимодействия мужского и женского, воплощенный в «практиках», представлениях, нравах; это системная характеристика социального порядка, от которой невозможно отказаться, - она постоянно воспроизводится и в структурах сознания, и в структурах действия. Задача исследователя - выяснить, каким образом создается мужское и женское в социальном взаимодействии, в каких сферах и каким образом оно поддерживается и воспроизводится. На первый взгляд, представление о социальном конструировании гендера вписывается в теорию гендерной социализации - теорию половых ролей. Однако здесь требуются уточнения. Теория полоролевой (гендерной) социализации, сформулированная, в частности, в работах Т. Парсонса и Р. Бейлса, М. Комаровски, доминировала в мировой социологии вплоть до 1970-х годов. Ее суть заключается в том, что половые роли усваиваются в процессе социализации. Агенты социализации формируют личность, которая интериоризует культурные нормы и ценности, в том числе образцы фемининного (женского) и маскулинного (мужского). К числу агентов (институтов) социализации относят семью, школу, группы сверстников, значимых других, средства массовой информации, и т.д. В центре теории социализации - процесс научения и интериоризации культурно-нормативных стандартов, стабилизирующих социальную систему. Научение предполагает усвоение и воспроизведение личностью существующих норм, а сама личность трактуется как относительно пассивная сущность, воспринимающая образцы культуры, но не создающая их. Акцент на пассивности составляет первое отличие традиционной теории гендерной социализации от теории конструирования гендера. Идея конструирования, напротив, подчеркивает деятельностный характер усвоения опыта. Субъект создает гендерные правила и гендерные отношения, а не только усваивает и воспроизводит их. Сама идея создания подразумевает возможность изменения социальной структуры. С одной стороны, гендерные отношения являются объективными, потому что индивид воспринимает их как внеположенную данность, с другой - они субъективны как социально конструируемые в повседневности. Второе отличие теории социализации от обсуждаемого здесь подхода заключается в том, что гендерное отношение понимается как конструированное не просто как различие-дополнение, а как отношение неравенства, где доминирующие позиции занимают мужчины. Дело не только в том, что, по Парсонсу, в семье и в обществе мужчины выполняют инструментальную, а женщины - экспрессивную функцию, а этим функциям соответствуют разные роли. Исполнение предписанных и усвоенных ролей подразумевает неравенство возможностей, преимущества мужчины в публичной сфере, вытеснение женщины в сферу приватную. При этом приватная сфера оказывается менее значимой, менее престижной и даже депривированной в современном западном обществе.

Возникает вопрос, в каких контекстах создается гендерное отношение? В теории социального конструирования ответ на этот вопрос связан с социологическим интеракционизмом. Утверждая, что гендер созидается в повседневности, исследователи приходят к выводу, что для понимания его оснований необходимо обратиться к анализу микроконтекста социального взаимодействия. Второй источник, на который опирается эта феминистская теория, - драматургический интеракционизм И. Гофмана. Гендер рассматривается в данном случае как результат социального взаимодействия и одновременно его источник. В теории социального конструирования гендера различаются три понятия: пол (sex), принадлежность к полу и гендер. Вначале, утверждают они, в феминистском дискурсе и в социологии вообще бытовало устойчивое представление о том, что пол - это анатомическая, физиологическая данность, константа, иными словами, приписанный (аскриптивный) статус. В отличие от пола, гендер это достигаемый статус, конструируемый психологическими, культурными и социальными средствами. Такое различение пола и гендера доминировало в феминистской литературе в 1960-е - начале 70-х годов. Считалось, что гендерная константа формируется у ребенка к пятилетнему возрасту, затем лишь обогащается соответствующим опытом, воспроизводится и укрепляется. Гендерная константа становится личностным атрибутом, который рано фиксируется и остается неизменным и неотчуждаемым. В этом смысле гендерная константа может быть уподоблена биологическому полу. Трудно утверждать, что гендер является достигаемым статусом, если он достигнут к пятилетнему возрасту и дальше не изменяется. В таком случае можно считать, что он функционирует как аскриптивный или приписанный статус. Сомнение в том, что пол и гендер различаются как приписанный и достигаемый статусы, приводит к новому определению этих понятий. Значительное влияние на их реинтерпретацию оказало обсуждение проблем гомосексуалистов и транссексуалов, а также данных биологических исследований, согласно которым однозначное приписывание пола по хромосомным и генетическим признакам затруднительно. Явления, прежде рассматривавшиеся как аномалии, болезни, перверзии, в постсовременном дискурсе рассматриваются как варианты нормы. Новые факты приводят феминистских авторов к выводу, что не только роли, но и самая принадлежность к полу приписывается индивидам в процессе взаимодействия. Их основной тезис заключается в том, что пол также является социальным конструктом.

Интеллектуальная работа по деконструкции пола была стимулирована этнометодологическими исследованиями Г. Гарфинкеля, которые можно считать третьим источником данного подхода. Г. Гарфинкель внес исключительно важный вклад в теорию гендерных отношений. Особую известность получил описанный им «случай Агнес». Агнес с рождения до восемнадцатилетнего возраста воспитывалась мальчиком, так как при рождении имела мужские гениталии. В восемнадцатилетнем возрасте после мучений пубертата, когда сексуальные предпочтения и телесная идиома вызвали личностный кризис, она поменяла идентичность. В восемнадцать лет герой (героиня) принимает решение стать женщиной. Она считает гениталии, которые прямо относят ее к мужскому полу, - ошибка природы. Ошибка природы, по мнению Агнес, подтверждается тем фактом, что ее везде принимают за женщину, а сексуальные предпочтения, которые она испытывает, - женские: в качестве сексуального партнера для нее привлекателен мужчина и все ее повадки фемининные. Агнес решает поменять идентичность, покидает родительский дом и городок, в котором она жила, меняет внешность и имя. Она убеждает хирургов, что ей необходимо сделать операцию по смене половых органов. Производится хирургическая реконструкция гениталий. Через некоторое время у Агнес появляется сексуальный партнер мужского пола. Теперь в связи с изменением биологического пола перед ней стоит жизненно важная задача - стать женщиной. Молодая женщина должна решить эту задачу, не имея врожденных сертификатов женственности, не имея изначально женских половых органов, не пройдя школу женского опыта, который частично известен, но во многом незаметен и растворен в материи человеческих взаимоотношений. Для нее исключительно важны признание в обществе, интеграция в рутину повседневности. Создание собственного гендера и категоризация пола в повседневной жизни становятся сознательной работой Агнес, она занята тем, чтобы убедить общество в том, что она всегда была женщиной. Гарфинкель называет Агнес методологом-практиком и истинным социологом, потому что, попадая в проблемную ситуацию гендерного сбоя (gender trouble), она начинает осознавать механизмы создания социального порядка. Случай Агнес, проанализированный в феминистской перспективе, позволяет заново осмыслить феномен пола. Феминистки предлагают различать биологический пол и категоризацию по признаку пола как социальное отношение. Пол - это совокупность биологических признаков, которые являются лишь предпосылкой отнесения индивида к биологическому полу. Категория пола является социальной идентификацией. Наличие или отсутствие соответствующих первичных половых признаков еще не гарантирует отнесения индивида к определенной категории по полу. Категоризация по признаку пола может совпадать, но может и не совпадать с биологическим полом индивида. К. Уэст и Д. Циммерман приводят следующий пример приписывания пола. Покупатель (социолог) приходит в компьютерный магазин и обращается к продавцу за консультацией. Он обращается к продавцу и сталкивается с затруднением в коммуникации - не может определить, пол человека, которому он адресует свой вопрос. Коммуникация «ползет». Неудобство, вызванное невозможностью идентифицировать пол собеседника, обозначается как гендерное затруднение («gender trouble»). Действительно, эффективная коммуникация требует определения пола взаимодействующих. Биологический пол и категория принадлежности к полу аналитически различаемы. Если биологический пол определяется через наличие физиолого-анатомических признаков, то приписывание половой категории происходит в ситуации межличностного взаимодействия. Биологические признаки пола скрыты под одеждой, их корреляты устанавливаются в контексте взаимодействия. Вспомним известную песню: «Кавалеры приглашают дамов: там, где брошка, - там перед... Дамы приглашают кавалеров: там, где галстук, - там перед...» По Гофману, внешний вид, голос, почерк являются универсальными инструментами идентификации. Однако эти инструменты идентификации пола срабатывают не всегда. Авторы данной статьи проводили тренинг со студентами по установлению признаков внешности, являющихся половыми идентификациями. Черты лица, не акцентирующие женственность и мужественность, не всегда свидетельствуют о поле. Волосяной покров на лице часто определяется принадлежностью к расовой или этнической группе. Размеры конечностей также не позволяют определенно указать на его/ее пол. Голос - еще более неочевидный признак, особенно у гомосексуалистов. Гормональные особенности, влияющие на голосовые связки, могут сделать голос ошибочным идентификатором пола. Одежда, украшения, прическа сегодня не воспринимаются как надежные маркеры пола. Таким образом, не существует достаточного количества внешних признаков, которые могут однозначно показать, к какому полу принадлежит человек. Когда пол того, с кем взаимодействуешь, известен, коммуникация работает. Если возникает проблема идентификации, коммуникация дает сбой. Таким образом исследователи подходят к выводу, что приписывание пола (категоризация принадлежности по полу) является базовой практикой повседневного взаимодействия; она становятся необходимым нерефлексируемым фоном для социальной коммуникации. Когда категоризация по полу затруднена, возникает коммуникативный срыв. Конституирование принадлежности к полу определяется культурным контекстом. Отсюда следует вывод, что гендерные отношения - это конструкты культуры, а «работа» культуры по приписыванию половой принадлежности называется гендером. Конструктивисты считают, что гендер - это система межличностного взаимодействия, посредством которого создается, утверждается, подтверждается и воспроизводится представление о мужском и женском как базовых категориях социального порядка.

3. Проблема субъекта гендерных отношений

Проблема субъекта лежит в основе гендерных отношений, ибо быть субъектом, значит быть субстанцией, основанием, целостностью, центром изменений. По сути, быть субъектом - это быть свободным, соответственно, эта проблема изначально имманентна феминизму. Быть субъектом - прерогатива мужчин и за этим стоит огромная культурная традиция. В этой традиции субъект - это хозяин истории, берущий ответственность за прошлое, настоящее и будущее. Субъектом здесь почитают того, кто обладает сознанием волевым, рефлексивным, кто способен совершить выбор, реализуя возможности индивидуальной свободы. Субъект - тот, кто подчиняется императиву истинного бытия, не замыкаясь в бессмысленном быту. Следовательно, женщина в качестве субъекта не выступает, т.к. область ее деятельности это быт, бесконечная, хлопотливая суета, хаос. Мужчина напротив, являясь носителем рационального, а, следовательно, и порядка, от бессмыслицы ускользает и прокладывает дорогу к истинному бытию. В современном, демократическом, обществе наблюдается процесс снятия постулата о женщине как хаосе и о мужчине, организующем и упорядочивающем этот хаос. Как метко заметил Бодрийар «Сегодня нет ничего менее надежного, чем пол, невзирая на освобождение сексуального дискурса».

При анализе гендерных отношений мы можем выделить традиционную позицию женщины как жертвы маскулинной культуры. Показательна позиция Симоны де Бовуар, выраженная ее известным афоризмом: «Женщинами не рождаются, женщинами становятся». Роль и место женщины в обществе навязаны ей патриархальной структурой этого общества. В этой логике основная функция женщины, конечно, репродуктивная. Таким образом, феминное пространство задается, прежде всего, детьми и мужем, отсюда - представление о женщине как хранительнице домашнего очага. Все, что выходит за границы этого пространства трактуется как отклонение от нормы, нетипичность, более того, - патология. Вспомним, например, широко распространенный образ феминистки - агрессивное и порочное существо или, напротив, синий чулок. Дискриминация по половому признаку не является тайной. Например, женщин при прочих равных условиях менее охотно, чем мужчин, берут на работу, так как они вынуждены довольно часто сидеть дома с болеющими детьми. Считается, что женщины легкомысленны, инертны, не способны к рефлексии. Мужчина же всегда обладает преимуществом - у него всегда есть что-то, чего нет у женщины. Он более сильный, более умный, более ответственный, более творческий. Все это оправдывает его главенствующее положение по отношению к женщине. Быть мужчиной означает быть заведомо облеченным властвовать. Получается, что субъектом гендерных отношений выступает именно мужчина, женщина - это Другое или Иное относительно мужчины. Однако переосмысление роли женщины привело к переосмыслению роли мужчины. Ряд исследований выявили расхождение социальных ролей с общепринятыми стереотипами. Так Маргарет Мид обнаружила, что женщины и мужчины из племени арапешей объединяются ради общего дела, связанного с нежной заботой о детях, они лишены эгоизма и основной смысл своей жизни видят в воспитании следующего поколения. Такое поведение мужчины противоречит образу ковбоя, который активно пропагандируется рекламой. Ковбой - это воплощение традиционного стереотипа мужчины, которому необходимо постоянно доказывать свою мужественность, стремление к власти, утверждать себя как волеизъявляющего Cубъекта, осуществлять Желание. Фрейд прав, говоря, что анатомия - это судьба. Если обратиться к Фуко, то эта судьба предстанет как порождение дискурса власти. В своей работе «Воля к знанию» Фуко обращается к истории сексуальных отношений и дискурса о сексе, к тому, как отношения власти побуждают и формируют секс и сексуальность.

Методологической основой для французского мыслителя является выявление исторически менявшегося режима власти - знания - наслаждения. Власть анонимна. Сексуальность - промельк власти. Существует две процедуры постижения истины секса. Первая - достигается путем инициации, не требует удостоверения в знании, оторванном от практики (ars erotica). Эта процедура рапространена в Китае, Индии, Японии. Вторая - наслаждение анализом, исторжение из собственной души истины в форме признания, исповедания (scientia sexualis), характерна для западной культуры. Есть некоторая скрытая тайна, которую необходимо разоблачить и исторгнуть в форме дискурса. Благодаря Контрреформации, Просвещению и Протестантизму, ритуал признания выводится в социальную сферу и связывается с научным познанием. Складывается социальная основа знания о человеке, возможность дискуссии о значении интроспекции, переживании, данности сознания самому себе. Возможность этих вопросов в соединении религиозно - юридической модели признания (необходимость выявления скрытого) с правилами научного познания (необходимость отыскания причин прежде всего). Этот познавательно - юридический механизм делает сексуальность областью всеобщей причинности, подлежащей обнаружению и словесному выражению. Внимание к сексуальности проявляется в различных областях знания и практики - архитектуре, медицине, психиатрии, криминалистике. Формируются средства и приемы управления сексом и контроля за ним. Одновременно происходит выделение аспекта сексуальности там, где он раньше не замечался - в среде больных, детей, преступников. Механизмы сексуальности распространяются на новые области, дифференцируя и специфицируя старые области знания вокруг проблемы секса. В двадцатом веке, согласно Фуко, наблюдается феномен сексуализации власти. Пол перестает быть самодостаточной величиной и формируется типами власти. Власть относительно пола осуществляется следующим образом: запрещает, отрицает, препятствует самовыражению. Но власть не есть институт или субстанция; это - множественность отношений силы, господства и влияния. Это стратегия, в рамках которой эти силы осуществляются, и чей общий контур выражается в законах, институтах государства, формах социального господства. Мы всегда находимся внутри власти, чтобы ускользнуть от нее, необходима особая установка по отношению к себе и своему собственному настоящему. В том, что мы говорим, что мы думаем и что мы делаем возможно ухватить те формы субъективности, знания и отношения к другим, через которые мы и оказались конституированы в качестве того, что мы есть. Эти формы обладают властью над нами в силу того, что они нам вменены, которые нас определяют или определивают. Таким образом, перед субъектом встает задача рефлексировать эти пределы и активную собственную роль в их переопределении.

Список использованной литературы

1. Ашвин С. 2005. Влияние советского гендерного порядка на современное поведение в сфере занятости // Социологические исследования. № 11. С. 63- 72.

2. Скотт Дж. Гендер: полезная категория исторического анализа // Гендерные исследования. 2005, N 5. С. 142-171

3. Темкина А, Роткирх А. 2005. Советские гендерные контракты и их трансформация в современной России //Социс № 11. С. 4-15

4. Пфау-Эффингер Б. 2006. Опыт кросс национального анализа гендерного уклада // Социологические исследования. № 11. С. 27

5. Беляева Ю.В. К вопросу о необходимости исследования проблем маскулинности // Социальная феминология: Межвузовский сборник научных статей. Самара: Изд. Самарского университета, 2008. С.69

6. Фуко М. Воля к истине: По ту сторону знания, власти и сексуальности. Работы разных лет. Перевод с фр. - М., Касталь. 2008.

7. Гендерная экспертиза российского законодательства / Отв. ред Л. Завадская. М.: Изд-во БЕК, 2009.

8. Здравомыслова, Темкина. Кризис маскулинности в позднесоветском дискурсе / Сб. статей. Сост. Ушакин С. М.: НЛО. С. 432-351.

9. Здравомыслова Елена, Темкина Анна. Социальная конструкция гендера и гендерная система в России // Гендерное измерение социальной и политической активности в переходный период. Сборник статей / Под ред. Здравомысловой Е., Темкиной А. СПб.: Труды ЦНСИ. 2009. Вып. 4. С. 5-13.

10. Здравомыслова Е., Темкина А. 2009. Советский этакратический гендерный порядок // Социальная история - 2009. Специальный выпуск, посвященный гендерной истории /отв. ред. Н.Л.Пушкарева. М.: РОССПЭН, 2009 (в печати).

11. Коннелл Р. Современные подходы // Хрестоматия феминистских текстов. Переводы / Под ред. Е. Здравомысловой и А. Темкиной. СПб.: Д. Буланин.

12. Клименкова Т. Перестройка как гендерная проблема // M. Liljestrom et al. (Eds.) Gender Restructuring in Russian Studies. Tampere. 2003. P. 155-162.

13. Рубин Г. Обмен женщинами: заметки о «политической экономии» пола // Хрестоматия феминистских текстов. Переводы / Под ред. Е. Здравомысловой и А. Темкиной. СПб.: Д.Буланин. С. 89-139.














 
Показывать только:
Портфель:
Выбранных работ  


Рубрики по алфавиту:
АБВГДЕЖЗ
ИЙКЛМНОП
РСТУФХЦЧ
ШЩЪЫЬЭЮЯ

 

 

Ключевые слова страницы: Особенности гендерной идентичности и отношений | контрольная работа

СтудентБанк.ру © 2021 - Банк рефератов, база студенческих работ, курсовых и дипломных работ, шпаргалок и докладов по различным дисциплинам, а также отчеты по практике и многое другое - бесплатно.